Как только приходит время выборов – партия со странным названием ЗаПЧЕЛ затягивает свою волынку «о русскости». Становятся такими русскими, что, как говаривал одессит Бабель, «он русский, такой русский – хоть в раввины отдавай!».

Особенно на этом поприще поднаторел наш земеля – депутат Митрофанов. Когда-то был неплохим журналистом. Пересказывать и записывать чужие слова тоже надо уметь – профессия к этому обязывает. Но когда он объявил о своей страсти к философии и стал пытаться интерпретировать прочитанное, сначала было обидно, потом – грустно. Было и негодование.

Теперь, когда читаешь новые опусы «сеймовского размышлителя», становится смешно. Неприятно только, что все его разглагольствования связаны со словом «русский» и попахивают русофобством: мол, без европейской культуры русские так и останутся диким народом.

На встрече с известным российским публицистом Кара-Мурзой цель своих высказываний Митрофанов обозначил как попытку «привить европейскую матрицу на русскую душу». И при этом ничуть не удивился смущению гостя из России. Себя он считает уже «привитым», уколотым европейской культурой. Значит, стоящим на более высокой ступени развития, чем гость.

В недавно выпущенной предвыборной партийной газете Митрофанов рекламирует себя как «директор Института русского наследия Латвии». Рассказывает о великих достижениях на этом поприще и размещает в правом нижнем углу газетной полосы (под статьей «История русских…») фотографию с примечательной надписью – «Мойша Эйзенштейн с супругой и сыном...».

Недаром один известный городской балагур говорил, что слово «русский» у нас теперь – прилагательное. Мы часто слышим «русский немец», «русский поляк», «русский еврей», но уже забываем, что слово «русский» – это имя существительное мужского рода, которое обозначает отдельно взятую национальность.

И причем тут русское наследие? Может, по-митрофановски, «наследие» от слова «наследил»? Кто еще наследил и наследит в русской душе? Да, семья великого советского кинорежиссера проживала в Риге, и мне лестно, что свою известность С. Эйзенштейн получил, используя русский язык. Но они прекрасно владели и ивритом – своим родным национальным языком.

В этой же газете лидер партии, достойнейшая женщина Татьяна Жданок (в девичестве – Хесина) обвиняет людей в «забывчивости» своих корней.

Цитирую: «У нас в министрах появлялись русские фамилии с буквой «с» на конце, и эти люди, наверное, даже комплексовали по поводу своего русского происхождения и были при этом, может быть, еще большими русофобами, чем, так сказать, чистокровные латыши».

Уважаемая депутат Европарламента, обратите внимание: они уже, по рекомендации вашего сюзерена, натянули европейскую матрицу на свою русскую фамилию. И им стыдно, как и фонвизинскому недорослю Митрофанушке, признавать свою сиволапость. И не надо так много «нерусских» подходов – «наверное», «может быть», «так сказать». Зачем все вокруг да около? Скажите прямо, по-русски: «Всем хочется добраться до власти, без разбора средств при достижении цели. ЗаПЧЕЛ выбрала националистическую тему при абсолютно правой экономической программе».

Как среди русских, так и среди латышей всегда будет 4-5% национально озабоченных, психологически неустроенных людей. И не дай Бог, чтобы больные души, подогреваемые митрофановскими идеями перевоплощения, добрались до власти. Ни к чему хорошему это не приведет.